Учусь любить все времена года. Лето за цветы, тепло и грозы, зиму за снег, блестящие огоньки на ёлках, романтику тихих вечеров, весну за оттепели и влажность в воздухе, первые невзрачные цветы, осень за долгожданную прохладу и опавшие листья, за краски и лёгкую хандру, за горячий чай и воспетую поэтами особость…
Этой осенью много перемен, но в то же время ощущение, что ничего не изменилось. Я ушла с работы, я начала новую историю со сборником крошечных миниатюр (первые попытки изобразить реализм), это моя первая осень с Сережкой под одной крышей… Мои дни – совершенно обыкновенные. Я просыпаюсь, умываюсь (и то не всегда), пою Серегу кофе и отправляю на работу (да, мы нашли новую работу за несколько дней), засыпаю под телевизор – и снова просыпаюсь. Я готовлю, убираю, посиживаю в FB, пью чай, дожидаюсь… Я мало гуляю, много курю, натягиваю на себя кучу теплой одежды – и вообще всячески домохозяйка. И мне это нравится. И хочется чего-то еще… С одной стороны, хочется быть предельно честной, с другой – окружить себя и семью сказочностью, хочется смотреть и смотреть на дождь и опадающие листья, но в то же время мечтается о снеге и Рождестве. Хочется генеральной уборки, хочется ничегошеньки не делать, хочется писать и воображать, хочется читать, хочется гулять и хочется сидеть дома… «Такая противоречивая вся».
Интересно, есть ли смысл в приятном и спокойном покачивании «по течению» в какой-то период, особенно, если этот период – осень? Так хочется, чтобы смысл был. Что, если позволить себе не терзаться морально от «безделья», а насладиться им, наполнить и его смыслом? Недавно прочитала у Гранина «Эту странную жизнь», историю про профессора, который разработал особую методику учета своего времени (натурально всю жизнь записывал сколько и на что у него ушло времени) и это наполняло как раз таки его жизнь пониманием на что она уходит, это подчиняет время человеку… А мне вот ни на минуточку не захотелось походить на этого профессора. Может быть, время уже не то, может быть, методика была бы полезна работающему в безумном ритме, а мне этой осенью – не хочется. И много-много всего хочется, раз уж предоставляется почти уникальная возможность побыть с собой, побыть собой, никуда не спешить. Вот только осознанности нет. А её хочется.

Выходными мы валяемся в «норке», таскаем на ногах дурацкие меховые тапки-лапы, пьём имбирный чай с медом, гуляем, я добралась до Кинга и «Как писать книги» (он так ужасающе страшно описывал эпизод из своего детства с отитом и жутким врачом, что меня аж подташнивало, таки гений!), Серёжка заматывает шею моим невыносимо ярким полосатым шарфом: у нас дома страшенно холодно…

Осень – все-таки странное время. И в чем его странность я никак не могу себе объяснить, но люблю её.