Сережа рассказывал, что его дедушка в преклонном возрасте, том, когда уже сложно и двигаться, и говорить, и вообще достойно существовать, постоянно падал с кровати. Сережка рассказывает об этом со смехом: «Почему-то он все время падал!» Дедушка прошел вторую мировую войну, остановился по ранению где-то в Восточной Европе. Служил в пехоте. Его будущая жена в это время работала на заводе Фольксваген, где-то в Западной Европе. Ранение у дедушки было страшное, на лбу остался шрам, а в голове – металлическая пластина. Сережка в детстве как-то услышал, что в аэропортах стоят рамки, которые звенят, когда проносишь сквозь них металл. И ему все хотелось прокатиться с дедушкой на самолете. Дело было, конечно, не в самолете, а в том, как здорово бы «у деда в голове зазвенело». Дети такие дети!
Кстати, сестра бабушки тоже работала в Германии. Сейчас мы живем именно в ее квартире. Надеюсь, бабушка Соня смотрит на нас с нежностью, мы любим ее темную пещерку. Так вот, работала она у одной милой фрёйлен, которая к бабушке относилась хорошо, не обижала, была жрицей любви и любила при этом выпить. Так и представляю эту томную красотку сороковых годов и девушку лет 14-15, которая подает ей кофе по утрам. А иногда и не только ей, но и очередному ее кавалеру.
Еще один дед тоже воевал, тоже в пехоте. Сам он был родом с Урала, а по ранению попал в Украину да так тут и остался, влюбился в медицинскую сестру. Она тоже принимала участие в боях и не влюбиться было бы грешно в таких условиях. Все влюбляются во время войны. А как еще спасаться от всех этих кошмаров? Дед этого деда получил георгиевский крест во времена русско-японской войны. К сожалению, с войнами последующими за той, со всеми переездами награда была утеряна. Можно было бы восстановить, да все никак, все недосуг. Именно от этого деда у Сережки русская фамилия.
К сожалению, я не могу сейчас похвастаться такими воспоминаниями. Однажды, когда я проходила одну из практик на филологическом факультете, я собирала воспоминания у своей бабушки. Но во мне тогда осознанности было ни на грош, работу я написала и благополучно сдала, намертво позабыв, что там было. Помню только историю про прадеда, который занимал неплохой пост в Олонецкой губернии, заведовал всеми образовательными учреждениями. Как сошлись моя бабушка при таком отце и дед – простой работяга – вопрос века. Конечно же, задать его бабушке до ее смерти у меня не нашлось случая. Все-таки мы страшно глупые иногда. Ведь зачастую все, что у нас остается от близких, - это память. Но и ее мы не торопимся создать. А стоило бы, пожалуй.

Слава богам, эти майские праздники закончились. Снова втягиваемся в милую сердцу рутину и уже полюбившиеся нам похолодания здорово в этом помогают. Интересно, закончится ли нулевая температура когда-нибудь? И закончу ли я жаловаться на погоду. Говорят, конечно, что у природы плохой погоды не бывает, но я никак не могу приучить себя радоваться и дождю, и холоду, и жаре. Особенно холоду. А эта затянувшаяся весна решила, что маябрь - прекрасный месяц. Окей, попробуем смотреть на происходящее на улице философски, но... когда же наконец станет тепло?!
Возможно, к тому времени, как я закончу свою редактуру. На этой неделе и в этом месяце вообще я планирую ее завершить. Третья вычитка. В голове, кажется, прояснилось после второй. Кажется, несколько эпизодов я вовсе перепишу. И кое-где акценты нужно будет изменить. И сделать описываемые вещи еще конкретнее. Воды в тексте должно быть как можно меньше. А хорошего текста -больше. А это значит, что нужно быть внимательнее и внимательнее внимательного. У меня есть целых три недели. Поэтому чем холоднее будет на улице, тем лучше: меньше будет желания выбираться на прогулки, больше времени получится посвятить работе. П.Профит.

Все думается, что сегодня понедельник. Утренние записи о бабушках-дедушках нагнали ностальгической волны и перед глазами все какие-то картинки из босоногого детства. И за окном сейчас зелень того же цвета, что и в те мои июньские дни, когда я приезжала к ним на каникулы. Очарование деревенского одиночества у воды...

Да, у меня сейчас Саба Тахир и "Уголек в пепле". Ну столько про нее всякого говорили, что я решилась, несмотря на YA и все вытекающие, очевидно. Вообще не вчитывалась в рецензии (что очень в моем стиле), просто открыла и читаю. Там что-то такое загадочное про противостояние неких меченосцев и неких книжников, убийцы-маски, героиня в беде, тоталитарное правление и пока единственной магией на все 50 страниц стали серебряные маски, которые намертво прилипают к коже кое-каких товарищей. Читается. Вот просит душа моя на фоне всех своих метаний и вслед за кучей нон-фикшн прочитанного чего-то такого, про героиню в беде. Слабое девичье сердце.)